Творчество

Тищенко Борис Иванович (1939 - 2010)

В панораме современного искусства произведения Бориса Ивановича Тищенко занимают уникальное положение. Вряд ли стоит напоминать о том, насколько сложным оказалось развитие музыки в ХХ веке. Наверное, самое главное испытание, которое ей суждено было преодолеть – это стремление к радикальному новаторству, которое нередко оборачивалось почти полной потерей индивидуальности стиля. Сочинения Тищенко обладают редким свойством моментальной узнаваемости – буквально по первым нотам и тактам. Они образуют мир, властно утверждающий свои законы и требующие от слушателя максимальной концентрации мысли. Цельность, емкость художественных проблем, постоянное ощущение творческой ответственности – вот лишь самые главные координаты личности композитора.

Вся жизнь Бориса Тищенко связана с Петербургом, где он родился 23 марта 1939 года, именно здесь началось его становление как музыканта. В первую очередь, здесь следует вспомнить о годах обучения в Музыкальном училище им. Н. А. Римского-Корсакова, в котором Тищенко занимался по фортепиано у В. Михелис и композицией в классе  Г. Уствольской. Ее воздействие оказалось мощным и плодотворным – не случайно авторский голос Тищенко зазвучал в полную силу уже в ранних произведениях (среди них – фортепианные Вариации, с которыми он поступил в консерваторию).      

В консерватории Тищенко помимо композиции также учился как пианист (у А. Логовинского). По классу композиции  занимался у В. Салманова, затем – у В. Волошинова и О. Евлахова, в аспирантуре – у Д. Шостаковича. Роль творческих контактов с Шостаковичем трудно переоценить, именно ему впоследствии композитор посвятит Третью и Пятую симфонии (последняя была написана после смерти Шостаковича). Уже в годы обучения многие сочинения композитора обрели известность, тем более что некоторые из них впервые прозвучали в авторском исполнении: Первый фортепианный концерт, Вторая и Третья фортепианные сонаты. В 1963 году Тищенко по просьбе М. Л. Ростроповича пишет Первый виолончельный концерт, который три года спустя завоевывает I премию на  международном композиторском конкурсе «Пражская весна – 1966».  С 1965 года Тищенко начинает преподавать в Ленинградской консерватории, с 1974 – ведет класс композиции. Среди его учеников  немало известных  композиторов.

Борис Тищенко пишет фактически во всех существующих жанрах – от напева без сопровождения до суперсимфонии. В то же время очевидно, что в его творчестве ряд жанров занимает особое положение. В первую очередь, это жанр симфонии. Обращение к нему образует свой «сюжет» в биографии композитора – от ранней Первой, написанной в 22 года, до Седьмой и монументального цикла Данте-симфоний. Каждая из симфоний уникальна – от исполнительского состава до общей концепции и драматургии. Длительные медитации solo и оглушительные tutti, острые и жесткие контрасты держат внимание слушателя в огромном напряжении от начала до конца сочинения. Удивительна здесь и строгая экономия средств – в основе развития обычно лежит краткий мотив, становящийся основой всего развития (достаточно вспомнить Postscriptum из Третьей симфонии). Все это можно сказать и об инструментальных концертах – «игровое» начало, в котором солист раскрывает свои виртуозные возможности, обычно уступает здесь место напряженному монологу, в котором солист и оркестр образуют единый голос (не случайно Второй скрипичный концерт имеет также название «Скрипичная симфония»).

Отдельную сферу образуют фортепианные сонаты. Их в полной мере можно назвать симфониями для фортепиано. Мысль автора как будто стремится разрушить пределы традиционных возможностей инструмента, используя максимальный динамический диапазон, сочетая прозрачное одноголосие и огушительные кластеры (в Седьмой сонате кроме фортепиано также звучат колокола). Эмоциональный диапазон здесь крайне обширен, он заставляет вспомнить и стиль древнерусских фресок, и романтическую экспрессию, и лирическую чувствительность (об этом также особенно ясно говорит цикл «Портреты» для органа).

Интересно, что в сфере музыкального театра Тищенко отдает предпочтение не опере, а балету. Пластика танца становится зримым воплощением музыки композитора, и здесь подчиненной симфонической логике. Более того, сами образы, к которым обращается композитор, сами по себе взывают к конфликтно-драматическому симфоническому развитию – «Двенадцать» (по поэме А. Блока), «Ярославна» (на основе «Слова о полку Игореве»). Одноактные опера «Краденое солнце» и оперетта «Тараканище» (обе – по К. Чуковскому) лишь внешне отсылают к сказочным сюжетам – сфера сарказма и иронии, сам музыкальный язык здесь оказываются далеко не «детскими». Таков же маленький балет «Муха-Цокотуха».

Своеобразие и индивидуальность стиля Бориса Тищенко особенно ярко подчеркивает его связь с абсолютно различными культурными традициями. С одной стороны, это музыка далеко ушедшего прошлого – Ренессанса и барокко. Увлечение ею оказалось очень устойчивым – в первую очередь, это относится к произведениям И. С. Баха и К. Монтеверди (напомним, что композитор создал свою оркестровую версию «Коронации Поппеи»). К ним восходит и линеарно-полифонический тип мышления – конструктивная основа музыки Тищенко. Именно она рождает ощущение строгой рациональности и дисциплины, не знающей ничего лишнего и лишь подчеркивающей богатство фантазии автора. Большое влияние оказало на  композитора  творчество Л. Бетховена, а также Ф. Шуберта, Г. Малера, М. И. Глинки, А. С. Даргомыжского, М. П. Мусоргского, П. И. Чайковского.

С другой стороны, важнейшим источником творческих открытий оказались неевропейские культуры – Индия, Китай, Япония и т.д., а также фольклор (в годы обучения в консерватории композитор принимал участие в фольклорных экспедициях). Именно благодаря им был сформирован монодический тип мелодики, бесконечное ритмическое разнообразие и свобода, наконец – сама техника развития, в которой целое вырастает из краткого мелодического «зерна».

Наконец, нельзя не вспомнить о воздействии музыки композиторов ХХ века – прежде всего, Б. Бартока, А. Берга, С. Прокофьева, И. Стравинского и, конечно, учителей композитора – Г. Уствольской и Д. Шостаковича. Наверное, самое главное, что связывает с ними автора – представление о том, что любое новаторство, превращаясь в самоцель, губительно для искусства. Все открытия Бориса Тищенко в области ритма, мелодики и оркестровки, драматургии исходят из его творческих задач, воплощаемых законами музыкального искусства.

Сочинения Тищенко обращены к разным слоям музыкального опыта – от аллюзий с искусством Ренессанса (в финале Пятой симфонии) до танцевальных эстрадных ритмов (например, в Седьмой симфонии). Пронзительно-трагические интонации Реквиема на слова   А. Ахматовой, студенческий патриотизм кантаты «Сад музыки» и сдержанная проникновенность песен на стихи О. Дриза, наконец – бесконечность смыслов Данте-симфоний – все это еще раз подчеркивает универсальность и неисчерапемость художественного мира композитора.

Андрей Денисов